Сайт доктора Лощева

Сайт доктора Лощева http://doxtur.ru/ ru Сайт доктора Лощева http://doxtur.ru/yandexlogo.gif Сайт доктора Лощева http://doxtur.ru/ DataLife Engine Цифровые наркотики: новая форма саморазрушения http://doxtur.ru/7-cifrovye-narkotiki-novaya-forma.html Ю.В.Попов Санкт-Петербургский научно-исследовательский психоневрологический институт им. В.М.Бехтерева Любознательность, желание испытать новое ощущение, расширить рамки привычного восприятия себя и окружающего мира особенно присущи молодежи. Но эти прекрасные человеческие качества нередко используются в корыстных целях людьми, стремящимися к власти и обогащению. Все более широкое употребление наркотиков, ставших сначала «чумой XX века», а теперь уже и XXI, встречает массовое сопротивление как отдельных людей, так и многочисленных организаций, осознавших смертельную опасность их употребления. Идет буквально война между наркомафией и здравомыслящими людьми. Сколько усилий и средств потрачено наркомафией, чтобы показать относительную безвредность марихуаны! Расширяется география метадоновых программ. И вот, наконец, мы становимся свидетелями «совершенно безвредных наркотиков» – «звуковых наркотиков» (аудио-, цифровые, по сути дела это одно и то же, но термин «цифровые» в большей степени подчеркивает их якобы «полную безвредность»). Информация atamovich Sat, 05 Jun 2010 23:06:58 +0400

"Цифровые наркотики": новая форма саморазрушающего поведения Ю.В.Попов Санкт-Петербургский научно-исследовательский психоневрологический институт им. В.М.Бехтерева Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. Бехтерева №4 2009 Любознательность, желание испытать новое ощущение, расширить рамки привычного восприятия себя и окружающего мира особенно присущи молодежи. Но эти прекрасные человеческие качества нередко используются в корыстных целях людьми, стремящимися к власти и обогащению. Все более широкое употребление наркотиков, ставших сначала «чумой XX века», а теперь уже и XXI, встречает массовое сопротивление как отдельных людей, так и многочисленных организаций, осознавших смертельную опасность их употребления. Идет буквально война между наркомафией и здравомыслящими людьми. Сколько усилий и средств потрачено наркомафией, чтобы показать относительную безвредность марихуаны! Расширяется география метадоновых программ. И вот, наконец, мы становимся свидетелями «совершенно безвредных наркотиков» – «звуковых наркотиков» (аудио-, цифровые, по сути дела это одно и то же, но термин «цифровые» в большей степени подчеркивает их якобы «полную безвредность»). Лавинообразно нарастающая информация о них начинает появляться в средствах массовой информации. И это скорее свидетельствует о новом коммерческом проекте с использованием «всемирной паутины», чем о заботе о здоровье молодежи. Что же такое «звуковые (цифровые) наркотики»? Эффект бинауральных ритмов, лежащих в основе «цифровых наркотиков», был открыт еще в 1839 г. немецким экспериментатором Heinrich Wilheim Dove. Суть эффекта заключается в том, что если на разные уши подаются звуки, отличающиеся по частоте, разницу сигналов мозг воспринимает как естественное биение низкой частоты. Для того чтобы такие биения были слышны, их частота должна быть в пределах 100–1500 Гц, а разница – не более 30 Гц. Если разница частот больше, то человек слышит два раздельных тона и биения не возникает. Способность людей, да и многих видов животных, слышать бинауральные ритмы возникла в результате эволюционной адаптации. Многие виды животных способны делать то же самое благодаря особенностям структуры своего мозга. Полоса частот, в которой животное может слышать бинауральные ритмы, зависит от размеров его черепной коробки. В случае человека это должна быть несущая частота ниже примерно 1000 Гц (Oster, 1973). Длина волны такого акустического сигнала не превышает размеров черепной коробки человека, таким образом, он огибает голову по принципу дифракции. Хорошо известно, что низкочастотные волны огибают препятствия, а высокочастотные распространяются только по прямой линии. Примером может служить распространение низкочастотных радиосигналов (длинные и средние волн) по всей планете, а короткие радиоволны (типа ультракоротких и средних частот) блокируются высокими зданиями и другими препятствиями. Почти все звуки, издаваемые животными, имеют частоту ниже 1000 Гц. В нормальных условиях мозг «вычисляет» разность фаз и определяет направление звука. Но если звук подается через наушники и стереосистему, то мозг производит наложение этих двух сигналов, что в результате дает третью «разностную» частоту биения, слышимую как бинауральный ритм. Он воспринимается как биения на частоте, равной разности частот, слышимых правым и левым ухом. Исследования показали, что пространственно эти биения возникают в верхней оливе, расположенной в стволе мозга – первой точке контралатеральной интеграции органов слуха (Oster, 1973). Исследования позволяют также предположить, что резонансный отклик идет из inferior colliculus (Smith, Marsh, Brown, 1975; Owens & Atwater, 1995). Эта активность передается в кору мозга, где ее можно зафиксировать с помощью электроэнцефалограммы (ЭЭГ). Современные нейрофизиологи открыли, что, искусственно накладывая «чистые» бинауральные ритмы друг на друга в несколько «слоев», можно формировать ритмическую активность мозга в нужном направлении и таким образом вызывать у человека нужную картину ЭЭГ (т.е. желаемую картину электромагнитных волновых колебаний в мозге), а вместе с ней и нужное состояние сознания, которому свойственна эта картина. Бинауральные биения хорошо слышны при разнице частот не более 30 Гц, что соответствует спектрам нормальной ЭЭГ. Считается, что бинауральные ритмы с частотой колебаний 8–12 Гц (a-волны) соответствуют ощущениям спокойного бодрствования, что характерно для a-ритма. Бинауральные ритмы с частотой 16–24 Гц (b-волны) связывают с бодрствованием и повышением внимания, а ритм d (1–4 Гц)- и тета-волн (4–8 Гц) – с состоянием расслабления. Это первая исходная предпосылка «аудионаркотиков». Вторая предпосылка: поскольку нейронная активность носит электрохимический характер, то нормальное функционирование мозга может быть изменено разными путями. Основных три: а) введение химических препаратов (психотропные средства, наркотики и т.д.); б) путем электромагнитной индукции; в) путем резонансного взаимодействия. В случае бинаурального биения воздействие на мозг осуществляется путем резонансного взаимодействия с электромагнитными волнами мозга. Оставляя за рамками данной статьи различные области экспериментирования с бинауральными воздействиями на мозг (от релаксации до усиления творческой активности и даже якобы развития интуиции и телепатии), хочется подробнее остановиться на рекламируемых аудиофайлах, направленно вызывающих желаемое состояние. Композиции так и называются: «счастье», «кокаин», «марихуана», «героин», «оргазм» и т.д. Асортимент предлагаемых удовольствий охватывает практически все желания человека. То, что при бинауральном воздействии можно добиться дезорганизации деятельности мозга и, соответственно, таких необыкновенных ощущений, сомневаться не приходится. Даже традиционная фотостимуляция при ЭЭГ проводится с целью усиления и тем самым выявления пароксизмальной активности. Результаты проведенного докт. биол. наук В.Б.Слезиным бинаурального воздействия на 5 добровольцев в лаборатории нейрофизиологии Института им. В.М.Бехтерева также подтвердили различные формы дезорганизации функционирования мозга. Следует учитывать и то, что для достижения каких-либо ощутимых необычных эффектов от бинауральных ритмов они должны быть достаточно интенсивными, ломающими естественные барьеры гомеостаза. Даже на ряде сайтов, пропагандирующих «цифровые наркотики» как безвредные и не вызывающие зависимости, отмечается (видимо, чтобы не испугать, а удержать экспериментирующих в своей сети), что около 5% начинающих могут испытывать головокружение и головные боли. В этом сомневаться не приходится, а вот то, что бинауральные композиции вызывают именно те эффекты, которые рекламируются, крайне сомнительно. Это, хотя и косвенно, подтверждают те рекомендации, которые приводятся перед предлагаемыми композициями. Необходимо приобретать качественные стереонаушники, слушать обязательно композицию до конца и главное «несильно сомневаться в эффекте». «Если не получится испытать эффект или получится не совсем то, что желали, получится другой». Видимо, для страховки трек, как правило, имеет большую продолжительность. Предлагаются варианты для прослушивания в метро, автобусе, автомобиле. Последнее, на наш взгляд, может представлять непосредственную опасность для других участников дорожного движения. Что же касается отсутствия зависимости, то как минимум психологическая зависимость при возникновении желаемых ощущений, несомненно, будет развиваться. Следует учитывать, что риск ее развития особенно увеличен у тех, кто сознательно ищет удовольствия в виртуальном мире и постепенно теряет способность находить их в окружающей реальности. Изучение блогов и форумов показывает, что в них широко используется «эффект Кашпировского»: приводится масса восторженных отзывов о «цифровых наркотиках». «Это круто! После прослушанного мною файла «оргазм» я испытал такое удовольствие, как не получал ни с одной красоткой!» Более того, к каждому файлу его создатели предлагают подробное описание ожидаемых ощущений. Было бы удивительно, если бы после подобной подготовки никто этих ощущений не получил. Даже если отбросить определенную часть людей с повышенной внушаемостью, то регистрируемый у 50% людей давно известный эффект плацебо и здесь, несомненно, срабатывает. Предлагаются и специальные программы для самостоятельного создания «цифровых наркотиков». А учитывая любознательность и высокий уровень компьютерной грамотности российской молодежи, можно не сомневаться, что этот платный сайт, несмотря на стоимость около 200 дол. США, привлечет большое количество желающих поэкспериментировать. И вот в этом – одна из самых главных причин широкого пиара вокруг «цифровых наркотиков». Представляется, что определенный вред, а в ряде случаев и провокация психических расстройств, развитие зависимостей, уход от реальной жизни, не смущает тех, кто ожидает и уже получает прибыль от безвредных «цифровых наркотиков». Они подчеркивают, что «скачать бесплатно цифровые наркотики в полном объеме и на их качественном уровне не удастся», а вот платно скачать цифровые наркотики – не вызывает проблем. Приводятся и восторженные отзывы: для Западной Европы цена наивысшая, а для русских – минимальная – «только 5–10 долларов, что очень приятно!», «россияне заплатят немного, а буржуям западным придется раскошелиться!» Как минимум за подобной ценовой политикой усматривается стремление максимально расширить аудиторию потребителей «цифровых наркотиков». Подтверждением этому служит размещенное на одном из сайтов высказывание Леонида Армера, называющего себя координатором проекта «Молодежной службы безопасности», который отмечает, что «появление данной темы абсолютно четко спланировано и подготовлено, потому что по анализу информации сайтов их объединяют общий контент, хостинг в разных странах, а также то, что большинство сайтов было создано в первой половине июня – это была подготовка, а потом началась массовая рассылка». Трудно не согласиться с этим мнением. Хотя исследований прямого вреда и тем более косвенного от прослушивания «цифровых наркотиков» на уровне доказательной медицины пока нет, проблема требует пристального изучения. Но обеспокоенность по поводу их распространения высказывают не только медики. В сентябре этого года депутаты Петербургского законодательного собрания внесли соответствующие поправки в Закон «О нормативах распространения в СПб печатной продукции, аудио- и видеопродукции, не рекомендуемой ребенку для пользования до достижения им возраста 16 лет». Возможно, это будет превентивным ударом по их распространению через обычные киоски, но вряд ли изменит что-либо радикально. Несомненно одно: прослушивание «цифровых наркотиков» является опасным экспериментом над своим сознанием, увеличивает готовность человека к подобным экспериментам и может предшествовать употреблению уже известных наркотиков.

Эволюция репродуктивной мотивации семьи http://doxtur.ru/6-yevolyuciya-reproduktivnoj-motivacii-semi.html Рассмотрены основные закономерности развития репродуктивной мотивации семьи, отражающие качественные изменения в развитии естественного воспроизводства населения. Последовательность этапов развития логически взаимосвязана и позволяет объяснить изменения репродуктивной мотивации. Ключевые слова: репродуктивная мотивация, смена доминирования мотива Проблема современного распространения низкой рождаемости населения относится к тем парадоксальным проблемам, которые, с одной стороны, весьма публицистичны, а с другой, — недостаточно изучены. Практически ни одна публикация на демографическую тематику не избегнет сегодня упоминания о чрезмерно низкой рождаемости. Ни один политик, общественный деятель в рассуждениях о проблемах развития населения или будущем государства не обходится без ссылки на катастрофически низкий уровень рождаемости. Статистические данные действительно позволяют использовать имеющиеся цифры в подобном контексте. «Наряду с катастрофическим падением рождаемости (уровень рождаемости за последние 6 лет снизился на 30%)...» [9]. «Россия имеет самый низкий (из стран быв-шего Советского Союза) уровень рождаемости (коэффициент суммарной рождаемости 1,3—1,4 ребенка), который не обеспечивает нормального воспроизводства; для этого он должен быть не ниже 2,1» [7]. Нет недостатка и в традиционных объяснениях этого явления. «Типичными для России становятся бездетность и малодетность. Под влиянием условий переходного периода выявилась... Информация atamovich Mon, 02 Feb 2009 09:48:46 +0300

<div align="right">Плющ И.В.</div> Рассмотрены основные закономерности развития репродуктивной мотивации семьи, отражающие качественные изменения в развитии естественного воспроизводства населения. Последовательность этапов развития логически взаимосвязана и позволяет объяснить изменения репродуктивной мотивации. Ключевые слова: репродуктивная мотивация, смена доминирования мотива Проблема современного распространения низкой рождаемости населения относится к тем парадоксальным проблемам, которые, с одной стороны, весьма публицистичны, а с другой, — недостаточно изучены. Практически ни одна публикация на демографическую тематику не избегнет сегодня упоминания о чрезмерно низкой рождаемости. Ни один политик, общественный деятель в рассуждениях о проблемах развития населения или будущем государства не обходится без ссылки на катастрофически низкий уровень рождаемости. Статистические данные действительно позволяют использовать имеющиеся цифры в подобном контексте. «Наряду с катастрофическим падением рождаемости (уровень рождаемости за последние 6 лет снизился на 30%)...» [9]. «Россия имеет самый низкий (из стран быв-шего Советского Союза) уровень рождаемости (коэффициент суммарной рождаемости 1,3—1,4 ребенка), который не обеспечивает нормального воспроизводства; для этого он должен быть не ниже 2,1» [7]. Нет недостатка и в традиционных объяснениях этого явления. «Типичными для России становятся бездетность и малодетность. Под влиянием условий переходного периода выявилась ориентация молодых супругов на одного, реже — двух детей, изменение репродуктивных планов семей, уже имеющих детей, в сторону отказа от рождения следующего ребенка» [15]. «В самом деле, снижение рождаемости за 5 лет на 28% (с 12,1% в 1991 г. до 8,8% в 1996 г.) произошло, с одной стороны, в силу уменьшения численности женщин в фертильном возрасте, которыми стали «дети детей войны»; а с другой — две трети семей отказываются иметь детей сегодня, изменяя тем самым «тай-минг» рождений, или предпочитают путь бездетности. Последнее обстоятельство отчасти является следствием снижения брачности, включая неформальные браки» [9]. «...среднее число детей уменьшается не только от села к городу, но и от менее крупных к более крупным городским поселениям» [3]. Фактически попытки объяснений явления низкой рождаемости раскладываются по четырем группам: экономическая, демографическая, структурная и психологическая. К первой группе относятся причины экономического порядка (или кризисный, переходный этап). Совершенно естественно возникает побуждение провести сравнение аналогичного показателя для других регионов. Сегодня в мире типичной является ситуация, при которой низкая рождаемость (в том числе и чрезмерно низкая — ниже уровня естественного воспроизводства) характерна для стран европейской культуры именно с высоким уровнем жизни. И наоборот, высокая рождаемость наблюдается в странах традиционной культуры с низким или высоким уровнем жизни. Иными словами, непосредственно уровень жизни не является ведущей причиной высокой или низкой рождаемости. Попытка соотнесения России с тем или иным типом культуры или этапом демографического перехода (вторая группа причин) лишь подчеркивает явную противоречивость ситуации. Для второго этапа демографического перехода характерно сочетание высокой рождаемости/низкой смертно-сти (страны традиционного типа культуры); для третьего — низкой рождаемости/низкой смертности (страны евро-пейского типа культуры). Российские показатели можно определить как «низкая рождаемость/высокая смерт-ность». Рассмотрение временных рядов коэффициента рождаемости, приведенное в таблице, подтверждает это впечатление. Статистические данные таблицы показывают долговременную тенденцию снижения рождаемости в качестве тенденции практически не коррелирующей с уровнем жизни населения. Фактически наблюдается снижение уровня рождаемости независимо от неоднократных и весьма резких изменений социальных, экономических или политических характеристик развития страны. Вышеназванные характеристики производят кратковременный эффект (например, 1930, 1980; табл. 1), не способный переломить генеральную тенденцию снижения рождаемости. Привлечение более ранних данных также подтверждает наличие долговременной тенденции. По мнению С.А. Новосельского (известного русского исследователя населения), в большинстве регионов России снижение уровня рождаемости наблюдается с конца XIX в. [13]. В качестве дополнительного подтверждения отсутствия прямой зависимости между уровнем жизни и величиной рождаемости можно рассмотреть величину средней про должительности жизни населения России. Этот показа тель (табл. 2, колонка 2), не зависимый от субъективных оценок качества жизни, свидетельствует о стабильном росте уровня жизни населения станы. К третьей группе причин следует отнести так называе мые структурные объяснения. К ним относятся «эхо войны», диспропорции половозрастного состава, показатели брачности и другие. При этом опять - таки не практикуются сравнения аналогичных показателей для других регионов мира. Россия — не единственная страна, прошедшая войну. И если на абсолютных показателях рождаемости людские потери за период военных событий действитель но неизбежно сказываются до настоящего времени, то использование относительных показателей в таком контексте несколько некорректно. Простой арифметический подсчет достаточно быстро демонстрирует: при сохранении количества рождений на одну женщину, например, на уровне 60-х годов (составлявшем 23,2) ситуация складывалась бы принципиально иначе. Существует и еще один подход в исследовании причин снижения репродуктивной активности семей. В рамках этого направления считается, что в малодетных и неполных семьях не создаются благоприятные условия для воспитания детей. Отмечается, что в таких случаях увеличи вается риск развития у детей невротических расстройств [10, 21], формирования аддиктивных личностей [20]. Как одно из следствий признается возможность после достижения совершеннолетия возрастания вероятности формирования у таких лиц психической и наркологической патологии [11]. Таким образом, распады семей, падение их репродук тивной мотивации ряд авторов связывает с психологиче скими, преимущественно психоаналитическими причина ми [12, 10]. Для коррекции таких проблем предлагают использование индивидуальной и групповой психотерапии [2, 12], хотя эффективность таких приемов вызывает до статочно аргументированные возражения [14, 5, 19]. В то же время анализ статистических данных и тенденции развития процессов естественного воспроизводства в разных странах позволяют выдвинуть предположение о существовании единой логики развития мотивационных факторов репродуктивного поведения людей. В этом случае существенно снижается роль индивидуального психологического опыта отдельных людей в формировании низкого уровня рождаемости у больших групп населения. Это по-зволяет усомниться в эффективности психотерапии при решении проблем брачного поведения и репродуктивной активности населения. Представляются важными единство и целостность изменений репродуктивного поведения именно для групп населения с различными социокультурными характеристиками. Если данные изменения определяются некими общими тенденциями, то коррекция на уровне индивидуального психологического опыта как минимум должна осуществляться в ином направлении и как максимум для населения в целом будет малоэффективна. Рассмотрим подробнее условия формирования средового фактора репродуктивного поведения больших групп населения. Анализ общих тенденций процессов рождаемости в Российской Федерации на основе пространственного и временного сопоставления показателей убедительно показывает невозможность объяснения создавшегося положения исключительно демографическими («демографические волны», фаза демографического перехода) и структурными закономерностями, влиянием социально-экономического кризиса последнего десятилетия. Невозможно обойти вниманием показатели, свидетельствующие именно о качественной трансформации устойчивых репродуктивных связей, демографических и репродуктивных свойств населения мира и их долгосрочном развитии. При рассмотрении социальных количественных показателей развития населения в науке сложилась устойчивая традиция анализа основных демографических показателей (в первую очередь, смертности и рождаемости). Смертность изучается как преимущественно объективно опосредованное явление. Рождаемость же — с определенными оговорками — как в большей степени социально обусловленное субъективное явление. Значительная доля влияния при этом определяется поведенческими особенностями населения, точнее, репродуктивными стереотипами. К субъективным факторам в работе будут отнесены факторы и условия, зависимые от личностных характеристик и деятельности самого субъекта (поддающиеся коррекции на индивидуальном уровне). Объективные факторы, в свою очередь, определяются условиями среды, лежащими вне возможностей контроля со стороны субъекта. В качестве иллюстрации значимости такого разделения факторов можно использовать показатели табл. 2 отдельно для мужчин и женщин (колонки 3, 4, 5). Естественно, что по отношению к объективным факторам все население страны находится в равных условиях. Иными словами, на мужчин и женщин в равной степени влияют экономический кризис в стране, экологические параметры окружающей среды и т.д. В то же время анализ данных таблицы показывает, что средняя продолжительность жизни этих групп населения весьма различна. У женщин этот показатель близок к показателям других технологически развитых стран (разница составляет 5—9 лет), в то время как у мужчин он чрезвычайно низок (разница со-ставляет 13,4+(5 9)=18,4 22,4). То есть от 18 до 22 лет жизни мужчины теряют под влиянием субъективного фактора (этот вывод подтверждается структурой причин смертности мужчин). Однако эти положения не учитываются при разработке большинства позиций социальной политики. Прочитать данную статью полностью и с таблицами вы можете здесь --> yevolyuciya-reproduktivnoj-motivacii-semi.doc [135,5 Kb] (cкачиваний: 33)

Синдром жизненного истощения http://doxtur.ru/5-sindrom-zhiznennogo-istoshheniya.html Обосновано введение для практического использования в клинической медицине нового термина синдром жизненного истощения (СЖИ), описаны феноменология полиморфных нарушений, характерных для СЖИ, и оригинальная методология его диагностики и коррекции. Организаторам здравоохранения и врачам разных специальностей хорошо известна группа проблемных пациентов, жалобы которых не соответствуют результатам самых тщательных объективных исследований. Дело в том, что проблемы этих личностей носят характер какого-либо частично не осознаваемого страдания (не болезни, а страдания!) преимущественно в социальной, профессиональной и этической сферах. Этико-соматические рассогласования манифестируют у них спустя какое-то время (латентный период) после значимых событий, неадекватных онтогенетическим моделям обработки информации. Так как аналоги (маски болезни по регистру МКБ-10) соматических нарушений базируются на причинах не медицинской «юрисдикции», то больным не помогает лечение, апробированное в научной медицине. Эти пациенты, как правило, составляют основной контингент клиентов колдунов, ворожей, народных целителей и подобных им специалистов экзотического профиля... Информация atamovich Mon, 26 Jan 2009 20:02:35 +0300

Организаторам здравоохранения и врачам разных специальностей хорошо известна группа проблемных пациентов, жалобы которых не соответствуют результатам самых тщательных объективных исследований. Дело в том, что проблемы этих личностей носят характер какого-либо частично не осознаваемого страдания (не болезни, а страдания!) преимущественно в социальной, профессиональной и этической сферах. Этико-соматические рассогласования манифестируют у них спустя какое-то время (латентный период) после значимых событий, неадекватных онтогенетическим моделям обработки информации. Так как аналоги (маски болезни по регистру МКБ-10) соматических нарушений базируются на причинах не медицинской «юрисдикции», то больным не помогает лечение, апробированное в научной медицине. Эти пациенты, как правило, составляют основной контингент клиентов колдунов, ворожей, народных целителей и подобных им специалистов экзотического профиля. Такое разделение потоков больных закономерно, потому что в парадигме доказательной медицины о роли этических факторов в этиологии некоторых соматических нарушений можно говорить лишь предположительно, а ретроспективно доказать их достоверность практически невозможно. По этой методологической причине подобные нарушения традиционно оцениваются социумом в противоречивых категориях греха, искупления и наказания. С удовлетворением отмечаем, что указанная проблема имеет обоснованное теоретическое и прикладное решение в парадигме молодой отечественной философии и науки — виртуалистики, созданной в конце XX века в Институте человека РАН (Носов НА.) и ее ветвей: виртуальной триалектики, виртуальной этики, виртуальной генеалогии (Юрьев Г.П., Юрьева Н.А., Лебедь Е.И.) и медицинской виртуалистики (Михайлов А.Н., Пронин М.А., Юрьев Г.П., Яценко ЮТ. и др.), виртуальной психологии (Носов НА, Носова Т.В. и др.). На основе собственных лонгитудинальных и проспективных исследований мы достоверно выявили приоритетную роль этических рассогласований личности в этиологии порождения такого виртуального конфликта, который инициирует синергетический процесс формирования психических, соматических и поведенческих нарушений. Более того, выявленная модель этико-соматических рассогласова¬ний достоверно воспроизводит себя по принципу подобия на уровне социальных структур как в онто-, так и в филогенезе. Результаты наших исследований обосновали целесообраз¬ность выделения из целого спектра полиморфных наруше¬ний, резистентных к аллопатическому лечению, кластера под названием синдром жизненного истощения (СЖИ). Определение: СЖИ (название синдрома предложено к.м.н. Прониным М.А.) — это комплекс как бы «непонятных» состояний внутренней дисгармонии, периодически манифестирующий взаимосвязанными аберрациями мировоззренческой, социально-культурной и биологической жизнедеятельности человека в контактном социальном окружении. СЖИ — это собирательная дефиниция для множества порождаемых разноуровневых дисфункций, манифестирующих либо в структуре формирующегося психосоматического синдрома (донозологический уровень), либо новым уровнем регуляции нозологически очерченных нарушений в структуре сформировавшегося психосоматического синдрома. СЖИ включает в себя 3 взаимосвязанных компонента: мировоззренческий, социально-культурный, психобиологический; две неравновесные динамики: внешнюю и внутреннюю и свою противоположность — феномен жизненного наполнения. Обоснование термина синдром жизненного истощения. 1. Антропологическое понятие жизнь включает в себя совокупность биологических и психофизиологических процессов, деятельность общества и человека в тех или иных ее проявлениях, реальную действительность, проявление деятельности, энергии. Слово жизненный означает: близкий к жизни, действительности, важный для жизни, индивидуально и общественно необходимый. 2. Термин истощение широко используется в разных областях науки и повседневной жизни. Например, известны понятия физического, алиментарного, нервного и психического истощения, символизирующие уменьшение, изнурение или крайнюю слабость вследствие чрезмерного расходования и превышения границ колебаний нормальных психобиологических процессов. 3. Понятие аберрация также широко известно. В физике и астрономии им обозначаются искажения изображений; в биологии — структурные изменения хромосом, всякие отклонения от нормы в строении или в функции; в переносном значении это — заблуждение, отклонение от истины. 4. СЖИ по своему содержанию противоположен процессу наполнения (полноте жизни), смысл которого заключается в стремлении стать полным, занятым, насыщенным кем/чем-нибудь до предела. Две противоборствующие функции (наполнение / истощение) являются, в свою очередь, реальными проявлениями общего для них виртуального поня¬тия пустота. Функция пустоты — заполнить себя. Люди живут в иллюзиях причинности событий, их всеобщей взаимосвязанности и управляемости. Но это не так. Управляет метафорическая пустота. Она как бы требует заполнить жизнь множеством разных событий. Когда происходит насыщение кем/чем-нибудь до предела, появляется непонятное ощущение скуки, внутренней дисгармонии и соответственно поиск причин своего дискомфорта. Общеизвестно, что маленький ребенок оставляет новую игрушку и начинает капризничать тогда, когда исследует все ее возможности. Пустота знания о свойствах игрушки заполняется, исследовательская деятельность ребенка истощается и актуализируется скука как один из критериев полноты субъективного знания. Этот пример объясняет парадоксальность базовой модели (или первой — модели скуки) СЖИ при полном насыщении, характерную для нормального процесса освоения жизни человеком. Скука сигнализирует, что данная виртуальная реальность освоена и пришло время осваивать новую реальность на горизонтали этого же уровня либо мотивировать переход на более высокий уровень деятельности. 5. Вторая модель СЖИ формируется по принципу мимикрии (модель мимикрии), широко распространенному в природе начиная с уровня микроорганизмов. В этом варианте какая-либо «неразрешимая» моральная проблема, неосознаваемо приобретает социально приемлемую форму (но не содержание!) болезни; полиморфные психосоматические маски (например, проявления так называемого синдрома хронической усталости) серьезно осложняют жизнь человека и его социального окружения. 6. Третья модель СЖИ манифестирует привычными или новыми симптомами либо новыми сочетаниями привычных симптомов хронического психосоматического заболевания — в этом варианте латентные этические проблемы служат пусковыми механизмами соматических дисфункций (триггерная модель). 7. Пусковым механизмом 2-й и 3-й модели СЖИ может быть острая или хроническая мировоззренческая травма — такая информационная травма мозга изнутри, которая нарушает актуальное динамическое равновесие межролевых внутриличностных коммуникаций. Эта модель по-разному описана в известных медицинских школах начиная с древности. Например, по убеждению врачей Тибета, изложенных в Джу-Ши (по П.А. Бадмаеву), от потрясающих впечатлений некоторые люди теряются и не способны отнестись к ним критически, чем и вызывают в себе различные расстройства питания (болезни). По нашим представлениям, в процессе адаптации личности к сверхординарной информационной интервенции стереотипно запускаются аналоги фило- и онтогенетически отработанных механизмов очищения от вирусов, микробов и прочих интоксикационных агентов. Апробированные алгоритмы борьбы с внутренним «врагом» используются на время поиска какого-либо адекватного выхода из новой этической ситуации: «время лечит». По этой причине врач иногда имеет дело с жалобами, которые как бы указывают на признаки болезни, но не оответствуют объективным данным. Это достаточно распространенный феномен клинической маски этических проблем в структуре СЖИ. С учетом актуальности проблемы и научной новизны полученных данных мы разработали и апробировали медико-организационный подход, методологию и методики комплексной диагностики и коррекции СЖИ в поликлинике №1 РАН (руководитель — Е.И. Лебедь). Приводим ключевые пункты новой методологии. 1. С помощью стандартизированного опросника жалоб составляется описание клинической маски СЖИ как виртуального объекта в структуре соматического мира человека. 2. Выполняется минимально необходимый перечень лабораторных (общий анализ крови и мочи, биохимическое и гормональное исследование крови), а также инструментальных (ЭКГ, ФГДС) исследований для выявления нарушений, характерных для нозологически очерченных заболеваний. В последнем случае дальнейшая диагностика проводится по существующим стандартам МКБ-10. 3. Для достоверной верификации психофизиологических коррелятов дисфункциональных внутриличностных коммуникаций проводится этико-соматическая диагностика с помощью проективных цветоассоциативных методик, а также на пиктополиграфе, изготовленном фирмой «МЕДИКОМ-МТД» по нашей заявке (автор изобретения Г.П. Юрьев). Пиктополиграф включает в себя: 1) электронный блок пациента с набором каналов для регистрации; 2) электронный планшет с ручкой для пиктографической диагностики; 3) монитор плоский для пациента; 4) компьютер; 5) набор электродов, датчиков, кабелей и принадлежностей. Содержание и оригинальность метода пиктополиграфической диагностики заключается в автоматической многомерной статистической обработке и автоматическом анализе полученных результатов в трехмерной системе координат с формированием по специальным алгоритмам выводов о степени конгруэнтности пиктографических, психофизиологических и электроэнцефалографических показателей в контексте этико-соматической согласованности или рассогласованности личности. Аналогов у метода виртуальной пиктополиграфической диагностики нет. 4. Врач-психотерапевт осуществляет заключительную клиническую диагностику СЖИ в процессе диалога с пациентом и на основании предварительных параклинических исследований. Совместно со страдающей личностью врач определяет характер и объем корригирующих мероприятий, которые успешно осуществляются в структуре индивидуальной, семейной и/или коллективной психотерапии. Наш опыт свидетельствует, что пять базовых одночасовых занятий по одной из методик (авторской технологии Г.П. Юрьева) позволяет пациентам заменить свои дисфункциональные (иррациональные) установки на конструктивные (рациональные) внутриличностные приоритеты. Изменение мировоззренческой парадигмы закономерно избавляет личность от конкретного страдания и нормализует психофизиологическую деятельность. Syndrome of a vital exhaustion: algorithm of diagnostics and correction ----------------------- Скачать в формате DOC sindrom-zhiznennogo-istoshheniya.doc [52,5 Kb] (cкачиваний: 16)